Про цей товар:
1. Судьбе назло (1987)
2. Вдохновение (1987)
3. Дон Кихот (1987)
4. Буду ждать (1987)
5. Не надо (1987)
6. Ты (1987)
7. Спорт твой друг (запись с концерта) (1985)
8. Авиапочта (1985)
9. Эхо первой любви (памяти Е. Мартынова) (1983)
10. Марина (посвящается Владимиром Мигули своей жене Марине) (1992)
11. Пустыня (запись с концерта) (1985)
12. Мир для влюбленных (запись с концерта) (1983)
13. Круиз (запись с концерта) (1981) – дуэт с Ольгой Зарубиной
14. Признание (запись с концерта) (1983)
80-е годы для отечественной эстрады были противоречивым временем. В начале десятилетия Алла Пугачева записывала шедевральный «Как тревожный путь», а в конце уже переходила к песням Игоря Николаева. И огромное количество перестроечного музыкального мусора вокруг, и зарождение золотого века русского рока…. На этом фоне альбом «Мадонна», где великолепные песни Крутого голосом Тома Джонса пел малоизвестный пока Александр Серов, произвел впечатление взрыва бомбы. Песни «Мадонна» и «Судьбе назло» мгновенно стали хитами, а Серов одним прыжком оказался на вершине эстрадного Олимпа рядом с Валерием Леонтьевым и другими звездами.
Сборник дает возможность проследить историю творческих поисков Серова, благо напротив каждой песни стоит дата ее записи. В 1981 году, когда артист работал в провинциальной Волынской филармонии вокалистом и руководителем разных ВИА, он записал дуэт с набиравшей популярность Ольгой Зарубиной. Песня «Круиз» («Не знаю имени я вашего и отчества…») сразу стала хитом в разных сборниках, но отчего-то принесла известность только Зарубиной. Серов уже тогда пел «под Джонса».
В 1983 году артиста посетила мания петь «под Мартынова». И если в мартыновской «Эхо первой любви» это выглядело уместной стилизацией, то в песне Крутого «Признание» – довольно потешно. В 1985 году Серов вдруг отошел от всех подражаний, и запел обычным эстрадным вокалом без «фишки». Хотя в песне Добрынина «Пустыня» заметно влияние манеры пения композитора. Видимо, очень скоро сам Серов понял, что быть блеклым на эстраде негоже, и с 1987 года мы слышим привычного нам Серова-Джонса. Что было дальше, все знают.










